Честность становится нашей второй природой

Поначалу мы осознанно стараемся быть честными. По мере того, как мы продолжаем применять этот принцип, мы начинаем чувствовать себя все более дискомфортно, когда ведем себя нечестно, возможно, нечестность даже начинает мучить нас. Постепенно мы замечаем, что честность входит в привычку. (Жить Чистыми, Глава Первая, “Ключи к свободе”).

Для большинств а во времена активной зависимости нечестность была органичным способом взаимодействия с этим миром. Мы делали то, что должны были делать, чтобы торчать. Среди наших стратегий по достижению этой цели были воровство, манипулирование и обман. Мы были хамелеонами, более хорошо понимавшими, кем хотят видеть нас другие, чем то, кто мы на самом деле. Наше искаженное восприятие говорило нам, что риск быть собой не стоит тех преимуществ, которые он дает.

От старых привычек тяжело отказываться. На ранних этапах выздо ровления мы часто приукрашиваем свое употребление или обеляем свои преступления. Мы поспешно оправдываем свое поведение, обвиняем других и умаляем свои чувства. Некоторые из нас продолжают воровать, обманывать, чтобы преуспеть, или отсчитывают свое время с даты, которая не совсем… точная. Но каждый раз, приходя на собрание, мы слышим, что честность необходима для выздоровления. Мы знаем, что, если не начнем говорить правду и поступать добросовестно, нас ждет срыв. Мы слышим этот урок в историях других членов АН.

Итак, мы стараемся быть честными во всех наших делах. Мы чувствуем идентификацию с другими членами АН, а они – с нами, и это побуждает нас быть более открытыми. Спонсор помогает нам понять, что честность – это решение наших проблем. Мы руководствуе мся правдой, рассказывая свои истории. Постепенно по мере того, как меняется наше поведение, нам становится более комфортно с правдой. На место угрозы, которую мы чувствовали, оставаясь собой, приходит дар быть частью реальности и получать поддержку от дру гих членов сообщества.

Как и любой дефект, желание быть врать возвращается. Несмотря на то, что мы отвыкли от нечестности, она может быть тем старым ржавым инструментом, к которому мы первым делом тянемся в затруднительном положении. Теперь, когда мы врем, нам больно. Наше отрицание и оправдание ранили нас. Наше отрицание и оправдания ранили нас. Хорошее понимание себя и своих дефектов позволяет нам взять паузу между своим порывом и действием. Мы можем исследовать мотив этого порыва, простить себя и смиренн о попросить о помощи, чтобы не действовать под его влиянием.

Когда я почувствую знакомое уже неприятное ощущение внутри, вызванное моей нечестностью, я поразмышляю об этом. Я предприму действия в другом направлении, потому что знаю, что правда и реальность не представляют для меня реальной угрозы.